Прошел почти год как Михайловская церковь Мироновки перешла к единой Православной Церкви Украины. Произошло это несмотря на яростное сопротивление завезенных промосковских крикунов и попыток многочисленных махинаций. Тогда свои голоса за Поместную церковь зарегистрировали более полутысячи верующих, против 70-ти прихожан российской церкви. Сегодня в интервью с отцом Владимиром, вспоминаем эти уже исторические события, говорим о роли государства в этом противостоянии, а также о новых пропагандистских фортелях пророссийских агентов.
Отец Владимир, год назад, в своем первом интервью, ситуацию с переходом прихода от русской православной церкви к Украинской вы описывали с большой эмоциональностью. Уже сейчас с высоты тех событий, какие были основные сложности на этом пути?
Самостоятельно, сам процесс перехода церкви и стал настоящим испытанием нашей веры и решимости. Мы постоянно встречались с сопротивлением пророссийских прихожан, которые, надо сказать, были очень изобретательны в своих провокациях. Креативные, но не оригинальные. Поэтому мы морально готовились к любым сценариям. Они тем временем действовали по методичке: еще до собрания подали заявление в полицию об их нелегитимности, давили на городского голову, массово свезли людей из соседних населенных пунктов, пытались сорвать собрание и похитить списки зарегистрированных верующих. Видимо, легче сказать, чего они не делали!
Удивлю ли я вас тем, когда скажу, что все имущество, которое было приобретено общиной с 1992 года, было похищено. Все до основания. Более того, были повреждены электропроводка и газоснабжение, уничтожено отопление. Наш первый молебен состоялся в опустошенном храме. Однако, мы чувствовали радость и благодарность Богу, за то, что смогли противостоять и пройти этот путь истинной веры.
Отец Владимир когда вы пришли в веру?
Я начал свою службу в 2008 году как настоятель в Карапышах, селе, которое находится в 15 километрах от Мироновки. В то время там уже велось строительство храма. Но первую религиозную общину в Мироновке мы зарегистрировали только в 2014 году, тогда и началось строительство церкви. Стал священником я в 22 года, сразу после окончания духовной семинарии. Сам родом из Западной Украины.
Как происходили изменения в сознании людей, и произошли ли они вообще за годы вашего служения?
Сегодня люди массово идут в церковь. Даже те, кто вообще не ходил, или посещал очень редко. Война изменила все! Когда я начинал свою службу священника и говорил о независимой украинской церкви, меня тогда мало кто понимал. Говорили, а какая разница, Бог все один, и смотрели на меня как на чудака. Следствием стала почти полная изоляция от общества, власти.
Первое понимание пришло в 2014 году. После полномасштабного вторжения Путина стало видно, как растет количество осознанных лиц, в том числе появилась поддержка и от самого государства. Конечно, адепты триединой Руси остаются, однако сейчас они уже в подавляющем меньшинстве, их не более двухсот на всю Мироновку. Тех коренных советских, которые воспринимают только пророссийские нарративы.
Ментальное притяжение пророссийских верующих можно переориентировать в пользу украинской национальной идентичности, способствуя признанию государственного суверенитета?
По моему мнению, это почти невозможно, похоже на перелом костей, которые нужно срастить. Сознание наших предков было сформировано на идее единой и непобедимой российской империи, где все политически влиятельные лица считались Божьими помазанниками. Осмысление может наступить, возможно, через 20-30 лет, при условии сотрудничества между всеми институтами государства и гражданами. Однако это произойдет лишь после того, как будут прекращены возможности агентов пропаганды распространять свою дезинформацию под прикрытием украинского и международного законодательства.
Как так случилось, что украинская церковь, фактически ровесница нашей государственной независимости, превратилась в российскую? Почему в течение стольких десятилетий мы волочили за собой то советское наследие?
На то время, когда это происходило, Киевская епархия не имела достаточного ресурса и поддержки, чтобы защищать украинскую идентичность церковной общины. Под властью Киевского патриархата находилась только одна община, в то время как все остальные поддерживали русскую церковь. Это составляло подавляющее большинство. Позже, когда ситуация изменилась, не было достаточно ресурсов для активного развития украинского аспекта.
Когда я пришел, мои первые действия были направлены на регистрацию религиозных общин и строительство храмов не только в Мироновке, но и в окрестных селах. Особенно это было сложно сделать в 1992 году, поскольку не существовало альтернатив. Например, на Киевщине, в Святошинском районе, ближе к Житомиру, Киевский патриархат всегда был хорошо представлен, и там существовали приходы и благочиния. Однако в Мироновке таких возможностей не было. Теперь к счастью ситуация начинает меняться.
Как следует реагировать на ситуацию, когда некоторые российские священники отказываются присоединиться к Православной церкви Украины и продолжают служить в частных домах? Стоит ли уделять внимание этому вопросу и бороться с ним?
Все должно происходить в рамках украинского закона. Если он разрешает такую практику, то мы ограничены в своих возможностях вмешательства. Наша стратегия заключается в терпеливом, но настойчивом курсе, направленном на победу. Это отправит всем ждунам сильный сигнал, что россия не вернется сюда, ни в каком виде, ни при каких обстоятельствах. Помните, что в начале войны путин заявлял о защите украинской Православной церкви московского патриархата. Я уверен, что пророссийские верующие все еще надеются на обещанные преимущества и будут ждать своего "освободителя" до конца.
В соответствии с принципами свободы вероисповедания, важно, чтобы община самостоятельно определяла свои ценности и религиозные убеждения. Но хватает ли только их воли для достижения цели? Рассмотрим позицию государства в этом вопросе и его роль в содействии этому процессу.
Победа - это дело храбрых. Пока наш воин не пойдет в атаку, и не отобьет у врага собственные территории, ничего не произойдет. Так и с церковью. Пока люди сами не поднимутся и не определятся в своей идентичности, никто за них не сможет это сделать. Если мы хотим перемен, мы должны быть готовы взять на себя ответственность и действовать.
Государство выполняет свои обязанности согласно действующим законам, и это означает, что оно уважает права каждого человека на свободу выбора своей религии. Оно разрешает проводить религиозные мероприятия, поддерживает порядок и готово оказать необходимую помощь в организационных вопросах. Это и есть признак демократического государства, разве нет?
Украине нужна единая Поместная церковь, которая не будет втянута в политические бури. Это будет важным шагом к консолидации общества и укреплению национального единства. Возьмем на вооружение примеры успешных православных стран, таких как Греция, Болгария и Румыния. В этих государствах церковь выступает как слаживающая сила, которая не только является объединителем народа, но и защищает традиционные христианские ценности, что является важным аспектом прочности и стабильности самого государства.
Сейчас в Мироновской ОТГ существуют как церкви ПЦУ, так и церкви московского патриархата. Как проявляют себя сегодня пророссийские адепты?
Ранее, до полномасштабного вторжения, любой представитель московского патриархата имел открытую возможность называть нас раскольниками, безблагодатными. В общем, российская пропаганда была открытой. Сейчас Служба безопасности Украины наконец начала выполнять закон о дискриминации по религиозному признаку, что делает все такие высказывания основанием для расследования. Поэтому они, в основном, молчат.
Я знаю точно, что их задача сейчас максимально показать себя изгнанниками, мучениками подобно Иисусу Христу когда-то. Слышал от митрополита Августина Белоцерковского и Богуславского, который говорил, что нам нужно максимально расшатывать конфликт, чтобы потом показывать, какой плохой является Поместная Церковь Украины. У нас был случай в Богуславе, когда все жители села проголосовали за переход. Пришли к священнику за ключами, а он взял и выбросил их в реку. Так он исполнил благословение, чтобы позже описать это как большую борьбу за православную веру. Поэтому они активно работают на своем информационном фронте. Особенно много дел по ущемлению прав верующих в ООН и другие международные организации.
После широкого резонанса, который вызвали слова Папы Римского Франциска, высказанные в интервью италоязычной телерадиокомпании RSI 9 марта, относительно ситуации в Украине и необходимости в проведении переговоров, появилось много обсуждений. Как вы оцениваете его призыв к переговорам и средства, которые мы можем предпринять для достижения мира в регионе?
Папа Римский Франциск человек абсолютно далекий от Украины и ее проблем. Он является папой для всего мира, а потому в своих речах провозглашает то, что выгодно его политическому лобби. Я всегда говорил, что Папа Римский никогда не будет любить украинский народ так, как любит его митрополит киевский.
Уже в марте Комитет Верховной Рады по гуманитарной и информационной политике завершил рассмотрение правок к законопроекту №8371, касающемуся запрета в Украине религиозных организаций, связанных со страной-агрессором. Это шаг навстречу полной блокаде религиозной пропаганды врага на нашей территории. Что, по вашему мнению, можем ожидать после имплементации этого закона?
На самом деле большинство украинцев желают перехода в единую Поместную церковь. Однако, препятствием для этого является государственный регулятор, который затягивает принятие соответствующего закона из-за присутствия коллаборационистов на всех уровнях власти. И это не является секретом. Чем важен этот закон для общины? Прежде всего упрощением процедуры перехода. Также РПЦ не смогут использовать государственное и коммунальное имущество, как вот с нашим храмом, например.
Важно защищать наш народ от внешнего влияния, чтобы украинцы не были под влиянием "русского мира". Наша политика должна способствовать тому, чтобы через 50 лет украинцы не понимали русский язык так, как сейчас мало кто понимает чешский или польский. Хотя мы раньше были в составе одного государства - Речи Посполитой. Это не означает необразованность, но должно играть роль в вытеснении российского влияния. Для этого нужна комплексная работа государства в разных направлениях, включая информационную и воспитательную политику. Идея российского объединения остается актуальной, поэтому должны заботиться о защите наших граждан.
Сейчас наши совместные шаги направлены на создание будущего наследия для последующих поколений. Как в государстве, так и в церковной сфере, наши действия имеют стратегическое значение в историческом измерении. Церковь, в свою очередь, является тысячелетним учреждением, поэтому нам следует тщательно обдумать, какое наследие и какое мировоззрение передаются нашим потомкам и в каком обществе они будут жить.
