Сейчас его сын защищает Украину и ее ценности уже в полномасштабной войне.
Об этом рассказывает hromadske.
Первое свое дежурство мужчина нес под открытым небом возле бочки. Потом вместе с ребятами они установили палатку, которую назвали "Паровоз Анархия". Там не было командиров, все решения принимали коллективно. Это было его место, - вспоминала Светлана.
В январе возле него взорвалась свето-шумовая граната. В больницу не шел, чтобы не арестовали. Повторял про "титушек": "Они меня на колени не поставят". Он искренне верил, что Майдан победит, а страна обязательно изменится.
18 февраля родные видели Владимира-старшего в последний раз. Выходя из квартиры, он сообщил: "Запасной ключ от машины там, штраф я заплатил". Когда спросили, зачем так говорит, ответил: "Ну я же как на войне".
В тот же вечер "беркутовцы" сожгли их палатку и выпили шампанское, которое майдановцы собирались откупорить после победы.
Есть детальное видео на 40 минут, где слышен отцовский голос. Как он бежит по Институтской и спрашивает у людей: "Где раненые, где раненые?". Спрятался от обстрела за деревом. А уже через несколько минут его смертельно ранили. Пуля попала в шею, в сонную артерию. Он пытался встать, к нему позвали медиков - думали шить, а кровь уже ртом пошла... Есть другое детальное видео, его последних мгновений... - рассказывает о том дне Чаплинский-младший.
За убийство героя до сих пор никто не наказан. Но его жизнь и его смерть стали определяющими для сына. Он пошел воевать.
Когда началось вторжение, я подумал, что лучше буду иметь автомат в руках, когда меня придут убивать, чем буду сидеть дома и ожидать неизвестно чего. Сейчас многие мои друзья, дядя, двоюродный брат также воюют. Это все те люди, которым я хочу пожимать руку после окончания войны, не стесняясь. И конечно, я здесь благодаря отцу. Он мой образец, - объясняет свою мотивацию военный.
Год с хвостиком он выполнял задания в добровольческом формировании территориальной общины, а три месяца уже в ВСУ.
О детстве вспоминает, как отец садился на шпагат, занимался каратэ, любил упражнения с нунчаками. Хотел отдать сына на восточные боевые искусства.
Показывал приемы, но меня это не интересовало, - смеется Владимир. - Так же машину с ним крутили - он любил машины, участвовал в гонках клуба владельцев BMW, но это тоже было мне далеко. Но мы много времени проводили вместе, много путешествовали по стране. Он хотел показать ее красоту. Особенно отец любил Львов.
Летом перед Майданом отец с сыном ходили в поход по Карпатам.
Это был первый мой поход, душевные разговоры с отцом обо всем и ни о чем много дали мне. Он старался найти ответ на любой мой вопрос. Я благодарен ему за эту тесную связь между нами. Мы вместе играли на компьютере в S.T.A.L.K.E.R. - она на одного игрока, но мы садились вдвоем. За книги, которые он давал читать. За то, что учил меня честности.
Как-то отец работал несколько лет на Кипре, чтобы обеспечить семью, и взял на лето нас с мамой. Он многое показал. Например, на подводной лодке мы спускались к затонувшему кораблю.
Чаплинскому-младшему очень не хватает отца: "Его фразы "Привет, Вовуня!", которую говорил каждый вечер, когда приходил с работы.
Того, как он нажимал на звонок. Каждый человек же делает это по-своему. Могу воспроизвести, как делал это он. Я не так много прожил на свете, и иногда очень хочется ему позвонить: посоветоваться, как делать то или иное. Я скучаю по нему. Он всегда в моей голове.
